В былые времена, до самого XVIII века задававшие в Семюре тон виноградари и виноделы имели обычай ставить тут в храме огромную бочку с вином, из которой все прихожане пили взахлеб, сколько примет душа. Упивались до полного безобразия, пока в XVIII веке королевский указ не положил конец неуместному этому разгулу во храме. Надо сказать, что внутри церкви — и в алтаре, и на хорах, и в боковых часовнях — много все же уцелело старинных произведений искусства (и живописи, и скульптур, и резьбы по дереву), притом из XIII, XIV, XV, XVI и более поздних веков. Так что человек, имеющий вкус к старому искусству, может застрять в этом знаменитом храме надолго. Зато выйдя на свет Божий, он будет разнеженно и устало гулять по тенистым аллеям вдоль старинных оборонительных стен, бродить по старинному городку, который называют иногда «французским Толедо», бродить мимо могучих боевых башен, мимо былого якобинского монастыря, где разместились ныне геологическая галерея, картинная галерея с прекрасным полотном Коро, богатая библиотека. После всех этих прогулок мы с аппетитом закусим в башенном ресторане и, шелестя путеводителями, станем раздумывать, куда 6 нам двинуться дальше для полноты впечатлений. Вот тут-то мы и обнаружим, надо сказать, вполне своевременно, что еще Роберт I включил в состав Бургундии и поставил под начало Семюра «страну Алезию» (pagus Alisiensis). Название это — Алезия — знакомо всякому французу сыздетства, как, скажем, русскому Бородино или Поле Куликово. На случай же, если название холма Алезия моему русскому читателю ничего не говорит, расскажу кратенько и об этом холме (нынче гора Оссуа), и о знаменитой битве, и о молодом галльском вожде Верцингеториксе, а заодно также о победителе Юлии Цезаре, раз уж мы оказались в двух шагах от Алезии, в местах, которые описал (возможно, описал) Цезарь в одной из знаменитых своих книг «экспликаций» («О галльской войне»). Впрочем, обо всем этом расскажу в дороге — путь до былой Алезии будет столь же недолог, сколь и мой торопливый рассказ.