Мы направились на юг — мимо песчаных пляжей, соляных водоемов, мимо донжона XV века и вобановских оборонительных стен XVII века возле местечка Фора (где Шодерло де Лакло строил когда-то со своими артиллеристами пороховой погреб), мимо устья реки Шаранты. Мы мчались по плоской равнине, по дну, отвоеванному у моря, по недавним болотам, отнятым у океана ненасытными земледельцами, а в море, справа, уже маячили форты Эне и Бойярд, остров Экс, остров Мадам… Мадам, ах, Мадам… Маленький, километровой длины островок с таким вот нежным названием и с такими кровавыми воспоминаньями. Несмотря на почти двухвековые усилия выбить их из французской памяти, они живы еще, и каждый год 15 августа сюда приходят (в часы отлива пешком через Бычий брод) паломники, чтобы почтить намять честных католических священников, не пожелавших присягать нечестивому революционному Собранию, арестованных в 1791-1792 г, высланных во Французскую Гвиану или ожидавших здесь, на острове отправки в Гвиану, болевших здесь и умиравших: из пяти тысяч арестованных священников две трети умерло, и косточки их, обглоданные морем, долго еще выносило на пляжи острова Экс… Кстати, этот семикилометровой длины островок Экс — последний в этих местах «настоящий» остров (ибо на него нельзя вьехать на автомобиле и нельзя перейти к нему вброд пешком) тоже хранит много следов истории, сувениров, воспоминаний, увы, но большей части оборонительно-тюремного характера и, на мой взгляд, не веселых, хотя и заставляющих взволнованно биться сердца многих французов. Первые упоминания об острове Экс связаны с возникновением здесь в середине XI века монастыря, подчиненного бургундскому Клюни. Островная обитель не принесла покоя святым братьям. В конце XI и в XII веке англичане дважды вторгались на остров, в годы Столетней войны островок много раз переходил из рук в руки, в 1356 году французы уступили остров англичанам в обмен на своего короля, угодившего в плен.