Если вы не вознамерились весь свой французский отпуск посвятить Бургундии, то мы не ринемся далее ни в Клюни, ни в Отен (Autun), ни в Сен-Фаржо (Saint-Fargeau), ни в Санс (Sens), ни в Сен-Флорентен, как бы они не были заманчивы. Однако без Золотого Склона (Cote d’Or) нам в путешествии не обойтись. Причем, даже не об этом, самом бургундском из всех департаментов Бургундии — о департаменте Золотой Склон (который мы уже частично с вами проехали) пойдет у нас речь, а только об узкой и не слишком длинной его полоске, о том золотом поясочке, который называют просто Склон (но с определенным артиклем La — La Cote, т. е. Тот Самый Склон), прибавляя иногда к нему заодно Верхние Склоны (Lcs Hautes-Cotes), раньше менее торжественно именовавшиеся Задними Склонами (Arrieres-Cotes). Золотой поясок этот протянулся от столицы Бургундии Дижона на юго-восток, до винной столицы, городка Бона (Beaune), и как бы ни был он скромен и короток (чуть больше полсотни километров), слава его давно перешагнула границы Франции. Так как же нам, иностранцам, здесь не погулять, в этом распрекрасном уголке Прекрасной Франции? В сущности, это покрытый виноградниками склон не слишком высокой горной (скорее даже, холмистой) гряды, и понятно, что родившийся в Альпах Стендаль, увидев эти, извините за выражение, «горы», лишь фыркнул надменно. Но Стендалю и Париж «без гор» показался отвратителен. Что же до вашего покорного слуги, автора этой книги (уроженца равнинной Москвы), то он и в валдайских «превеликих» горах, и вдоль бургундского Золотого Склона гулял с превеликим удовольствием, ночуя и там и здесь под яркими звездами в своем потрепанном спальном мешке. Эти мои прогулки пришлись на первую половину 80-х годов, и о них я дальше расскажу снова, а пока только признаюсь, что мирные эти виноградные и винодельные места показались мне трогательными и прелестными но понятное дело, если вы будете гнать машину по автостраде Дижон-Бон, а не топать по тропкам среди виноградников, вряд ли даже отчасти проникнетесь вы их красотой, теми тщанием и нежностью, с которыми были созданы эти склоны Великим Творцом и обихожены (за десятки веков) красноносыми здешними виноделами и виноградарями.