Нетрудно догадаться, что манит спутников в эту подоблачную высь — трогательная, сказочная красота этих скал, этих старинных домов цвета охры и еще, конечно, вольная панорама, что открывается со здешней высоты (никак не изгнать при этом из памяти настоятельный вопрос братского поэта: «Чому ж я не сокол, чому ж не летаю?»)… Вон маячат замок Монталь и могучий замок баронов Кастельно, вон башни Сен-Лорана и Сан-Сере. А если доведется попасть сюда весной, то от самого подножья горы разольется перед нами безбрежное море цветущих деревьев. Прогулка по старинному Лубрессаку не дает забыть, что не от хорошей жизни вскарабкались люди на эту гору. Об этом свидетельствуют и живописные крепостные ворота, и XV века крытый деревянными дощечками дом охраны. Здешняя церковь Иоанна Крестителя начата была постройкой в XIII веке и достроена в 1520. На портале ее Христос во Славе, в интерьере — четыре часовни. Через башню-донжон попадаем мы в XV века замок сеньоров, минуем XV века Дом интенданта. Но, конечно, эти орлиные гнезда лучше всего созерцать снизу: оглянитесь с дороги, покидая Лубрессак. Покинув Лубрессак, можно совершить прогулку к юго-востоку и навестить живописный соседний Отуар, лежащий у склона лесистого холма. Деревня издали выглядит такой праздничной, новенькой, и только подъехав ближе, убеждаешься, что все тут — и светлые дома с деревянными дощечками, с башенками и коломбажем («фахверке»), и фонтаны, и скалы — все тут подлинно старинное, без обману. Здесь жили некогда вассалы тюренских сеньоров, и крепость Сен-Лоран-де-Тур брала их под свою защиту в бесконечных невзгодах Столетней войны. Руины замка здесь же неподалеку, по-прежнему высятся его боевые башни. Постройку замка относят к VI веку. Урон ему нанесли Религиозные войны. По сию пору лежат в руинах донжон XIII века и башня донжон XV века. В годы Второй мировой войны башни Сен-Лорана покрыли себя новой славой. С этих башен вела передачи подпольная радиостанция Сопротивления. Отсюда передавали сведения тем, кого тогда нежно называли Союзниками, — англичанам. Отсюда вел свои передачи художник, гравер и ковродел Жан Люрса, до конца своих дней вспоминавший потом эти башни славы. Сам он похоронен на кладбище Сен-Лоран, а в замке открыт музей этого художника, внесшего значительный вклад в обновление знаменитого обюссонского ковроткачества.