Из рассказа приморско-шарантского мужика выходило, что с этими устрицами очень много возни. Не будучи гурманом, я бы призвал вас просто не есть устриц, но жуткая эта «возня» — это ведь и есть работа, так что люди при деле, кормят семьи, а кто-то потом ловит на них кайф, на этих «вустрицах», куда больший, чем на чтении романов. И притом «государство богатеет» (чем интересовался еще пушкинский герой, а может, даже и сам растратчик Пушкин)… — Так вот здесь, в устье речки Сёдр и, конечно, на острове Олерон, куда вы собрались, здесь, — объяснил нам мужик в сапогах, — самое главное место устричной индустрии Франции. От себя добавлю, что не одна Франция продукт этот потребляет и разводит. Об этом свидетельствуют и всяческие хроники, и самое французское название этого двустворчатого морского моллюска. Оно идет, скорей всего, от греческого — «уистр»: судите сами, по французски устрица — «уитр». А может, идет оно и от латинского «остреа» — кстати, разведение устриц тут зовется «острекультура» (в дороге мы затеяли спор, как нам звать остров Олерон — Устрицилией или Острекольским островом, и, не придя к согласию, решили звать его просто Олероном). Устрицы тут водятся (и производятся) двух главных видов: плоские и угловатые. Плоские, как сообщает наука, они двуполые, то бишь гермафродиты, и вдобавок живородящие. Собирали их тут еще с галло-романских времен, и со стола Людовика Великого они не сходили. Славятся они своим изысканным вкусом, живут на песчаных банках, но осталось их уже мало, какая-то эпидемия в 1920 году их почти вывела — больно уж нежные. Близ Олсрона, в Марене их разводят еще в небольшом количестве. Вот угловатые, тоже живородящие, но однополые, они устойчивей, но история их тоже полнится драмами. У здешних берегов они появились по воле случая. Португальское судно везло устричный груз в Англию, но буря загнала судно в устье Жиронды. Оно стояло там долго, и стало ясно, что в Англии товар «второй свежести» никто не купит, так что экипаж побросал груз за борт. Это было в 1868 году. С тех пор эти устрицы процветали во французских водах, но счастье было недолгим. Португальские устрицы погибли от эпидемии в 1921 году. Вот тогда французы и завезли устриц из Японии и Канады.