По праздникам мастера сидра наряжаются в мантии, вручают лучшим грамоты, гербы и званье «гроссмейстера сидра», у нас на хуторе — полдюжины таких «гроссмейстеров» (Grand Maitre). Впрочем, мы ведь не о спиртном собирались беседовать. Мы собирались на воскресный рынок в ближний бургундский городок — в Вильнёв-ль’Аршевек (Villeneuve-l Archeveque). Дорога к нему проходит среди холмов и лесов, через деревню Риньи-ле-Ферон (Rigny-le — Ferron). Маленькая деревушка Риньи, а все же есть в ней булочная, есть мэрия, есть мясная лавка, есть великолепная церковь с множеством произведений искусства XVI века. И еще есть постоялый двор («сельский жит» — gite rurale) на ферме месье и мадам Дерэв, на Мельничной улице. Зовется Ардан: ночлег и завтрак. Ферма красивая, бургундская, с какими-то сторожевыми башнями у ворот — стеречь покой индеек, кур, заезжих путешественников. Недавно я прочел, что эти башни достались супругам Дерэв от старинных оборонительных сооружений Риньи-ле-Ферона. Ночевать на ферме так недорого, и уютно, и красиво, что мои голландские друзья, растрогавшись, оставили как-то, уезжая, сверх положенной платы лишних евров десять «чаевых» на столе. Мадам Дерэв, нридя из своего нового, совершенно роскошного парника, нашла деньги и позвонила мне встревоженная. Ваши друзья ошиблось, — сказала она. — Куда мне отослать лишние деньги? После Рмньи, переехав у деревни Вюлен (Vulaine) рельсы полузаброшенной «железки», выезжаешь на госдорогу, связывающую славный бургундский Санс с гордой шампанской столицей Труа, и, повернув на Санс, взбираешься на «пограничный» бугор, откуда открывается вид на дальние леса. Здесь — старый ресторанчик с неоригинальным названьем «Прекрасный вид», и вид впрямь замечательный, но встречает вас этот первый на пути бургундский ресторатор всегда одним и тем же веселым возгласом: Сегодня ничего не готовили. Как всегда, — говорю я, а он, виновато пожав плечами, поднимает стаканчик: Ваше здоровье. Какое уж там здоровье…