Май 17
Я вошел в вестибюль, снял рюкзак и тут увидел на полке свою книгу, даже две — русское и немецкое издание. И тогда я вспомнил, кто эта женщина с тонкими чертами лица и пучком белых, седых волос. Это была ламбаренская помощница Доктора Али Сильвер. Та что приехала в Ламбарен совсем молоденькой
Май 17
После войны овдовевший и бездетный В. Б. Ельяшевич (сынок у них погиб в России, а дочка болела и умерла раньше матери) готовил к изданию свою монографию, которую посвятил памяти жены Фаины Осиповны. Фаина Осиповна Ельяшевич была крещеная еврейка и, как многие неофиты, отличалась особой горячностью
Май 17
Даму, с которой я беседовал в Париже, звали Мария Павловна Кудашева, и она была вдовой Ромена Роллана. В Везеле Ромен Роллан закончил свою книгу о Бетховене, написал пьесу «Робеспьер», а также свои труды «Внутреннее путешествие» и «Пеги». В общем, он работал во всю. Вдобавок, как и все последние годы, он занимался
Май 16
Позднее я слышал и читал много ностальгических воспоминаний об Эксе (Зоя и Алексей Оболенские учили там русский, Роман Кацев-Гари написал там свой первый роман, который якобы рецензировала сама Мария Бонапарт, ничуть не меньше), но от того, первого раза осталось лишь воспоминание о проспекте, о кафе, о площади
Май 16
Тот же критик пишет о «жестокой красоте Иды, царственном великолепии и роскоши», о новом эротическом образе дивы, о торжестве женщины-вамп (образ, который отныне сопутствовал балерине на всем ее пути). Постановщик этого балета, учитель Иды Рубинштейн Михаил Фокин писал, что получилось как раз то, что он представлял
