Для подтверждения чистоты своей крови месье де Тунан перестал стричься, отпустил окладистую бороду (как видите, ни Фидель, ни Че Гевара не были новаторы), а в поисках влиятельных связей вступил в масонскую ложу (компартии в Туртуараке тогда еще не было) и запасся рекомендательными письмами к масонам далекого городка Кикимбо, что всего в четырехстах километрах севернее Сантьяго. Не Бог весть что, но все же у него теперь была рука в местной масонской ложе городка Кикимбо. Заняв у кого-то денег, месье Тунан поплыл в Кикимбо, а оттуда отправился в тот самый Вальпарайсо, где через несколько лет после этого события (и без всякой связи с ним) наш пылкий авантюрист-педофил Миклухо-Маклай влюбился в очередную малолетку, дочь здешнего губернатора. Подучив ихний местный язык и упрочив свои масонские связи, месьё де Тунан отправился в столицу провинции Араукания, где встретился с вождями индийских племен. К его изумлению, он был принят ими с почтением и с почестями. Оказалось, что в Патагонии и Араукании передавали в те годы из уст в уста пророчество о том, что скоро должен явиться освободитель, «лнбертадор» и что он должен оказаться белым (как видите, все совпало). Беседуя с голыми арауканскими вождями, просвещенный стряпчий месьё де Тунан понял, что эти диковатого вида люди не созрели еще для республиканского, более или менее демократического способа правления И тогда, идя навстречу массам (именно так в XX веке поступали и В. И Ленин. II Ж-ll. Сартр, признававшие полезность лжи для незрелых масс), месье де Тунан объяснил туземным вождям, что он в сущности настоящий принц. Вот тут и пришло время объявить себя королем Орели-Антуаном I. Потом, вспомнив свое прежнее, столь мирное перигорско-деревенское занятие, месье Тунан сделал то, с чем так опасно медлили русские монархи — он состряпал конституцию. После чего он известил весь мир, и в первую очередь правительство Чили, о своем восхождении на трон: «Мы, милостью Божьей король Араукании Орели-Антуан I… и так далее».
Май 07
