Взять даже небедного Роллана: путешествия по Советскому Союзу, жизнь в подмосковном поместье Горького, массовые издания, почести, халява, киносъемки, обещания… Что до Майи, то она была человек маленький: она исполняла приказы сверху, растолковывая новейшие инструкции тщеславному и вконец замороченному старцу-супругу. Впрочем, после переезда в Везеле вдохновлять и вести за собой пацифистов на сталинские баррикады Роллану оставалось недолго. В 1939 году Сталин вдруг заключил пакт с Гитлером, тем самым, которого они все только вчера ему, Сталину, так дружно противоставляли как злейшего врага мира. Сталин выпил в Кремле рюмочку за здоровье Гитлера, подписал пакт (вместе с секретным протоколом) и приступил в союзе с Гитлером к переделу Европы. Это было полной неожиданностью для провидца и пацифиста Роллана. У него, впрочем, хватило тогда «интеллектуального мужества», спрятавшись от Маши в темном уголке где-то у себя в Везеле, записать в свой «тайный» дневник: Для нас, французов, это удар ножа в спину… наш добрый народ, наша преданность не заслужили такого! Наш народ этого не забудет! Это гигантское злодеяние… навсегда вызвало у меня отвращение к Кремлю… Никогда идеалист не должен заниматься политикой. Он всегда оказывается одураченной жертвой. Им как рекламой прикрывают ящик с мусором, прикрывают жульничество и злобу…» Маша знала все, что он там пишет про «гигантское злодеяние» добряка и гуманиста Сталина, и не мешала ему. Она не беспокоилась — и была права. Все равно на дневники его она, его наследница, наложила позднее запрет — на полвека. Через полвека дневники были напечатаны во Франции крошечным тиражом (в 150 раз меньшим, чем их русский перевод) и спрятаны в запасники библиотек, подальше от культурных центров. Пусть там гниют, зачем пугать новых «пацифистов» и новых не вполне бескорыстных идеалистов? Так что, даже в самых новых французских книгах о Бургундии, о Везеле и о Роллане по-прежнему с восторгом говорится, что Роллан ввязался в «пацифистскую» (хотя бы даже и про-сталинскую, оплаченную Москвой) схватку и повел за собой цвет французской интеллигенции… Вдова Роллана сказала мне при встрече, что в своем Доме дружбы в Везеле она много лет собирала молодых немцев.
Май 04
